Не только контрактников на фронте, но и детей в глубоком тылу
Стать жертвой пропаганды может каждый. Особенно – ребёнок
Причём далеко не всегда в фигуральном смысле: произошедшие в двух городах Дальнего Востока – Комсомольске-на-Амуре и Якутске – трагедии действительно могут быть названы «неоптимистическими». В этих происшествиях погибли дети, несовершеннолетние, – дошкольник и подросток-старшеклассник. Первое из этих событий произошло год назад – 26 апреля 2025 года, во время демонстрации экспозиции – захваченной в ходе «специальной военной операции» боевой техники – на Театральной площади города Юности. О нём в день события сообщили, преимущественно, местные и межрегиональные Telegram-каналы. Второе, о котором 20 января 2026 года оповестила прокуратура Республики Саха (Якутия), случилось на территории мультимедийного исторического парка «Россия – моя история», находящегося в столице региона и объединившего как затрофеенную военную технику, так и некоторые (но изрядно повреждённые) образцы вооружения ВС России.
Как отметил Telegram-канал «Komsagram*Комсомольск-на-Амуре», «ребёнок, осматривавший танк, получил травмы» (по другой информации: малыш подобным образом изучал американский бронетранспортёр, состоявший на вооружении армии противника). Из сопровождавшего фотографию текста было видно, что «задняя крышка люка упала на ребёнка и травмировала его». Из других сообщений явствовало, что на место событий была вызвана бригада скорой медицинской помощи, но открытая черепно-мозговая травма оказалась смертельной.
Дальнейшие события показали удивительное «сюжетное» сходство обоих ЧП в дальневосточных городах. Как отметила в связи с этим депутат городской Думы Якутска Ольга Шерстянникова, «мальчик, который, по словам родных, с детства мечтал стать военным и рисовал танки, погиб под многотонным стволом экспоната, к которому оказался слишком близок». На мальчугана детсадовского возраста упала, как тогда сообщали, крышка люка бронетранспортёра, причинив смертельную открытую черепно-мозговую травму.
Вопросов больше, чем ответов
Как нам стало известно, по горячим следам, сразу же после событий в Комсомольске-на-Амуре, редакция межрегиональной информационно-аналитической газеты «Дальневосточный край» попыталась узнать, какие действия предприняты правоохранительными органами в связи со случившимся. Однако Военная прокуратура Восточного военного округа сразу же переключила внимание журналистов, предложив направить запрос для получения всей возможной к обнародованию информации в органы военного следствия.
И тогда с редакционной электронной почты был отправлен весьма подробный вопросник, адресованный в Главное военное следственное управление Следственного комитета РФ. Искать правду пришлось на самых «верхах», в Москве, потому что ни сразу после случившегося, ни позже не последовало никаких официальных комментариев ни от правительства Хабаровского края, ни от Министерства обороны РФ и его структуры – Восточного военного округа, ни от Главной военной прокуратуры РФ, ни от Главного военного следственного управления СК России, ни от Военной прокуратуры Восточного военного округа, ни от Военного следственного управления по Восточному военному округу. По крайней мере, официальные сайты и официальные Telegram-каналы перечисленных структур сохраняли режим гробового молчания.
Между тем, вопросов по поводу обстоятельств, которые так или иначе связаны с произошедшим в Комсомольске-на-Амуре, оставалось немало. И они были адресованы на этот раз уже (должность и специальное звание получателя указаны на момент обращения) временно исполняющему должность заместителю Председателя СК РФ – руководителю Главного военного следственного управления генерал-лейтенанту юстиции Константину Корпусову.
Дальневосточные журналисты тогда заинтересовалась (и эти данные едва ли подпадали под юридическое определение «военной тайны») следующим кругом вопросов:
- В соответствии с чьим приказом (распоряжением) была организована и проведена выставка трофейной техники из зоны СВО – в г. Комсомольске-на-Амуре в конце апреля – начале мая 2025 года?
- Какие меры безопасности были предусмотрены данным приказом (распоряжением) в части недопущения случаев травмирования и гибели людей?
- Какие конкретно военнослужащие и из каких войсковых частей были откомандированы для обеспечения функционирования выставки как массового мероприятия?
- На кого персонально приказом (распоряжением) были возложены обязанности по обеспечению безопасности на период проведения выставки?
- По каким причинам экспонированная техника на начальном этапе проведения выставки не была огорожена, не был исключён свободный (несанкционированный) доступ к ней?
- Кто из военнослужащих конкретно и чем конкретно занимался в то время, когда произошёл случай смертельного травмирования ребёнка? Были ли оказаны пострадавшему приёмы первой медицинской помощи, насколько оперативно (с момента происшествия) была вызвана бригада скорой медицинской помощи и как скоро она приступила к действиям?
- Проведена ли процессуальная проверка в связи с описанным инцидентом, если да, то следователем какого подразделения СК России, по признакам каких преступлений?
- Подтвердились ли признаки преступлений, предусмотренных ст.ст. 109, 238, 293 УК РФ или каких-либо иных норм УК РФ? Какое принято процессуальное решение и кем (на каком уровне)?
- Установлены ли лица, подлежащие привлечению к уголовной ответственности? Если да, то произведено ли их задержание в порядке, предусмотренной ст.ст. 91–92 УПК РФ? Определена ли мера пресечения этим лицам; если да, то какая?
- Если уголовное дело возбуждено, то в производстве следователя какого подразделения СК России оно находится?
- Какое из подразделений Главной военной прокуратуры РФ обеспечивает надзорное сопровождение по уголовному делу?
- Известно ли вам о том, понесли ли в связи с инцидентом дисциплинарную (либо иную предусмотренную законом) ответственность должностные лица структур МО РФ, на которых возлагалась ответственность за проведение выставки в г. Комсомольск-на-Амуре и обеспечение безопасности в период её проведения?
- Информация о ЧП в г. Комсомольск-на-Амуре 26 апреля 2025 года получила освещение лишь в ограниченном круге медиаресурсов (ряда городских и межрегиональных). В то же время сохраняли (и по сей день сохраняют) «режим тишины» информационные структуры систем Министерства обороны РФ, Главной военной прокуратуры РФ, Главного военного следственного управления СК РФ. В связи с этим хотелось бы знать ваше персонально мнение о том, не может ли такое безмолвие (отсутствие официальной информации о происшествии и о реагировании на него) оказать отрицательное воздействие на умонастроения – не только среди жителей г. Комсомольск-на-Амуре, Хабаровского края, Дальневосточного федерального округа, Российской Федерации в целом?
Военные правоохранители ответили более чем «скромно» – заявили о том, что возбуждено уголовное дело, о подробностях сможете узнать потом.
После случившейся в Якутске трагедии депутаты городской Думы Ольга Шерстянникова и Нургун Ефремов направили депутатский запрос в Следственное управление Следственного комитета РФ по Республике Саха (Якутия) и прокуратуру Республики Саха (Якутия). Ключевым для народных избранников являлся вопрос о том, дали ли сотрудники правоохранительных органов правовую оценку действиям конкретных должностных лиц, исследовали ли вопрос о возможной квалификации произошедшего как оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, провели ли техническую экспертизу размещения и крепления экспоната, а также имелись ли акты допуска объекта к эксплуатации и соблюли ли права потерпевшей стороны.
Пока суд да дело…
Весьма уклончивый ответ военных следователей не обескуражил журналистов-дальневосточников. Представители редакции газеты «Дальневосточный край» в течение 2025 года установили, что уголовное дело, связанное с трагическими событиями, было расследовано и по окончании производства передано на рассмотрение в Комсомольский-на-Амуре гарнизонный военный суд.
Как спустя почти год после того памятного события сообщил Telegram-канал «Дальневосточный край», важными видятся следующие детали. Это квалификация уголовного дела (по части 2 статьи 293 УК РФ, т.е. речь идёт о халатности, повлёкшей тяжкие последствия), количество подсудимых (1 человек), а также дату, когда дело было передано на рассмотрение судье (17 ноября 2025 года). Самой же показательной деталью начавшегося тогда судебного процесса виделось другое. С первого же дня и по настоящее время (суд ещё не постановил приговор и сейчас) процесс проходит в закрытом режиме.
Логика сохранения в тайне данных, связанных с личностью потерпевшего (погибшего) ребёнка, – вполне понятна, законна и объяснима. Так того требует российское законодательство. Но почему же информация об этом инциденте скрывается полностью? Ответ на этот вопрос пока что остаётся «за кадром». Впрочем, не только он.
Как отмечала депутат городской Думы Якутска Ольга Шерстянникова, через месяц после гибели сына мать подростка в столице Республики Саха (Якутия) Айталина Алексеева боролась «не только с горем, но и… с бездушной системой, которая ищет «неустановленных лиц», вместо того чтобы ответить на простые и страшные вопросы: кто установил эту смертельную ловушку и как такое вообще могло случиться?»
По-своему отреагировал на гибель подростка в музее «Россия – моя история» в Якутске «ударом для всего города» коллега Ольги Шерстянниковой по депутатскому корпусу Нургун Ефремов практически сразу же оценил ситуацию как юрист-профессионал: «Изначально было ощущение, что дело может «затянуться». Хотя ситуация «сдвинулась» после обращения депутатов в прокуратуру и Следком, ключевые вопросы всё же остаются:
- Дана ли правовая оценка действиями конкретных должностных лиц?
- Исследуется ли вопрос о возможной квалификации произошедшего как оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности?
- Проведена ли техническая экспертиза размещения и крепления экспоната?
- Имелись ли акты допуска объекта к эксплуатации?
- Соблюдены ли права потерпевшей стороны?
По итогам проверки стало ясно, что были выявлены нарушения и приняты меры реагирования. Так, главному инженеру музея было предъявлено обвинение в халатности (по части 2 статьи 293 УК РФ), дополнительно возбуждено уголовное дело по факту ненадлежащей подготовки техники, уголовные дела соединены в одно производство. (Поначалу уголовное дело было возбуждено по части 1 статьи 109 УК РФ, поскольку в произошедшем усматривалось причинение смерти по неосторожности).
Но ясности в том, будут ли установлены истинные причины случившегося в Комсомольске-на-Амуре и Якутске, остаётся открытым до настоящего времени. Государственные структуры по сей день продолжают пропагандистские акции, причём не только в телевизионных эфирах и в иных медиаресурсах, но и в ходе рейсов специальных поездов, колесящих по городам России. Но, судя по всему, никто никак не торопится даже мыслью возвращаться к тем происшествиям.
Опасения вполне понятны: стоит сказать хоть слово – они вполне могут вызвать значительный общественный резонанс. Явно негативный и для организаторов и вдохновителей войны, и для населения страны в целом. Действительно, небывалое со Второй мировой войны увеличение площади кладбищ, количества захоронений погибших в ходе «специальной военной операции» сталов России уже чем-то будничным, привычным. Как и, наверное, набор в «войска беспилотных систем» среди допустивших академические задолженности студентов, предложения в SMS-рассылке «работы для мужчин» – для предпенсионеров, элементы военной подготовки – для воспитанников детских садов, а не только школ… На этом фоне усилия государственных структур (военных или гражданских – это уже второй вопрос) по воспитанию «патриотизма» путём, в частности, развёртывания пропагандистских выставок – всё это укладывается в одну концепцию, имеет одну (и вполне определённую) направленность.
Однако государство старательно обходит, насколько это представляется возможным, «неудобные» моменты. Гибель детей (в том числе – и в сугубо тыловых районах) явно не входит в общую и цельную систему «патриотического воспитания», не является хотя бы одной из его декларируемых публично целей. Ибо трагические «случаи», возникающие по воле или при бездействии тех или иных лиц, вполне могут рассматриваться как реально дискредитирующие и само государство, и его структуры, и те действия, которые данными структурами предпринимаются. И психологическое воздействие от подобных инцидентов на самосознание людей может оказаться куда более весомым и влиятельным, чем те или иные реплики в постах мессенджеров и кадры в видеосюжетах, за которые авторов и комментаторов сообщений привлекают к ответственности. А к чему может привести? Об этом стараются не думать и публично предпочитают не говорить: небезопасно…
_____________________________________________________
Подписывайтесь на Телеграм-канал Регион.Эксперт
Поддержите независимый регионалистский портал
Другие статьи автора:
- «Китайская Пасха»
- «Священный Байкал» стал полем битвы?
- Новая «Варшавянка»
- Самоуправление или самодержавие?
- Дальний Восток как «африканская колония»
- Право руля!
- Чей «форпост» Дальний Восток: России или Китая?
- Как хабаровчане «выбрали» Дегтярёва?
- Федерация – это договор, которого в России еще не было
- «Четвертование» Дальнего Востока
- Колония и развитие несовместимы
- «Перенарезка» регионов начнется с Дальнего Востока?
