Предисловие Регион.Эксперта: эта статья логически объясняет недавнюю абсурдную новость – почему недельные затраты России на войну превосходят годовые бюджеты многих регионов. Так нужна ли регионам эта империя?
Есть неприятная правда, которую политики боятся озвучивать вслух, но прекрасно понимают финансисты. Глава BlackRock — фонда с активами более 20 триллионов долларов — несколько лет назад сказал: «В мире слишком много денег, и слишком мало мест, куда их можно эффективно вложить». На языке экономики это означает одно: глобальная система задыхается от избыточного капитала и нехватки новых рынков.
И именно по этой причине появление десятков новых государств на месте огромной, заблокированной и неэффективной империи — это не угроза, а редчайший шанс для мирового экономического роста.
Империя — это чёрная дыра для инвестиций. Гигантская централизованная система неповоротлива, коррумпирована, монополизирована, живёт по феодальным схемам. Она пожирает ресурсы и ничего не отдаёт миру. Никакой крупный инвестор не вложит доллар туда, где нет прав собственности, независимых судов, конкуренции и предсказуемости. Империя — это инвестиционная пустыня.
Но когда империя распадается, начинается экономическая весна. Каждое новое государство открывает рынок, создаёт свои законы, формирует бюджет, строит инфраструктуру и начинает конкурировать за капитал. И эти новые страны становятся десятками новых точек входа для глобальных денег, которые простаивали в ожидании возможностей.
Малые государства работают эффективнее гигантов — это факт, подтверждённый историей. Эстония стала IT-лидером, Литва и Латвия — логистическими центрами, Чехия и Словения — промышленными хабами, Сингапур — мировым финансовым узлом. Все они появились на руинах империй. Империя тормозит, малые государства ускоряют.
После распада ресурсы перестают кормить центр и начинают кормить людей. Они остаются в регионе, поднимают местные бюджеты, дают импульс переработке и росту доходов. Уходит коррупционная рента столицы, исчезает бессмысленное «высасывание» регионов. Это ровно то, что произошло с Норвегией после выхода из-под шведской короны — она создала одну из самых эффективных моделей управления природными богатствами.
Логистика тоже расцветает, когда исчезает имперская монополия. Империя — это один центр, один коридор, один маршрут. Новые государства — это десятки альтернативных путей, тарифов, портов, хабов. Балтия после 1991 стала именно таким примером — страны начали конкурировать, и это создало кластеры эффективности, которые были невозможны в рамках одной централизованной системы.
Запад прекрасно понимает, что новые государства означают новые рынки, логистику, бюджеты, контракты, конкуренцию, проекты. Но боится признать это вслух, потому что тогда придётся признать и другое: маленькие государства живут лучше империй, конкуренция эффективнее централизма, а распады империй приносят развитие, а не катастрофу. И, главное, придётся признать, что десятки новых стран в Евразии дадут мировой экономике то, чего она ждёт уже 20 лет: свежий воздух и новые пространства для капитала.
Распад России — это не мировой кризис. Это мировой экономический ренессанс. Империя — тупик. Новые государства — это инфраструктурный бум, инвестиционный взрыв, логистическая революция, рост бюджетов и оживление огромных территорий. Каждый раз, когда большая империя рушится, мир не падает в пропасть. Он получает новые возможности, новые рынки и новые точки роста, которых не было десятилетиями. И именно это понимают те, кто управляет триллионами. Политики боятся сказать это вслух — но экономика говорит за них.
_____________________________________________________
Подписывайтесь на Телеграм-канал Регион.Эксперт
Поддержите независимый регионалистский портал
